Такая сланцевая революция нам не поможет

«Газпром» подтвердил готовность разрабатывать свое первое месторождение нетрадиционных залежей углеводородов – сланцевой нефти баженовской свиты. Очередное решение совета директоров компании, очевидно, стало ответом на недавнюю критику со стороны Владимира Путина. Помогать «Газпрому», а точнее его нефтяной «дочке», в освоении необходимых технологий будет компания Shell.

О том, что российско-голландское СП Salym Petroleum Development собирается работать с баженовской свитой, известно давно. По предварительным оценкам, первые скважины пробурят уже в 2014 году, экономически обоснованные объемы компания планирует обеспечить к 2021 году. Совместное предприятие «Газпром нефти» и Shell имеет на Верхне-Салымском месторождении развитую инфраструктуру: общий объем добычи нефти на Салымской группе сегодня составляет около 8,4 млн тонн, здесь практически достигнут пиковый уровень. Таким образом, работы по сланцевым залежам начнутся не на пустом месте – это будет не greenfield, а brownfield-проект.

Будет ли он выгоден «Газпрому»? Согласно экспертным оценкам, баженовская свита имеет структуру, сходную с крупным американским месторождением сланцевой нефти Баккен. Себестоимость добычи нефти здесь сегодня оценивается в $50–60 на баррель, в России этот показатель вряд ли будет ниже. Это впятеро больше, чем на новых отечественных месторождениях традиционной нефти. Значит ли это, что «Газпром» будет действовать себе в убыток ради того, чтобы продемонстрировать президенту – мы не отстаем от сланцевой революции? Не совсем. Итоговый (после 2020 года) микс сланцевой и традиционной нефти на Салымских залежах позволит «Газпром нефти» удержать операционные расходы на уровне $15 на баррель в нынешних ценах. Таким образом, разработка баженовской свиты этих месторождений гарантированно является рентабельной – но за счет, конечно, параллельной добычи традиционной нефти.

В компании все это понимают, и именно трезвость в расчетах, вероятно, мешает «Газпрому» заняться проектами, имеющими реальное стратегическое значение. С одной стороны, российское правительство провело очевидную границу между нефтяными и газовыми компаниями, что в обозримом будущем не позволит сбалансировать углеводородный микс на базе отечественных ресурсов. Однако это совершенно не значит, что у компании отсутствуют перспективы развития своего портфеля вне границ России. Дело, естественно, не только и не столько в пресловутом сланце, а в понимании стратегического значения конкретных технологий и траектории развития глобальной энергетики, частью которой «Газпром» является с момента своего создания.

«Роснефть», «Лукойл» и ТНК-ВР активно развивают зарубежные проекты, разрабатывая и шельфовую, и тяжелую нефть, постепенно наращивают добычу газа. «Газпром», еще несколько лет назад активно инвестировавший в газовый транспорт и электроэнергетику, сегодня выглядит явно дезориентированным. Компания столкнулась с серьезными проблемами в маркетинге газа в Европе, теряет крупных российских потребителей. «Газпром нефть» планирует достичь 10 млн тонн зарубежной добычи только к 2020 году – на несколько лет позже «Лукойла».

Сложности со стратегическим позиционированием грозят серьезными потерями, прежде всего, имиджевыми. Поглотив ТНК-ВР, компания «Роснефть» будет превосходить «Газпром» по размеру выручки. На пятки монополии наступает и «Лукойл». Не за горами тот день, когда российские нефтяники обойдут «Газпром» и по капитализации. Одним словом, концерн находится буквально в нескольких шагах от того, чтобы потерять статус крупнейшей российской компании. Избежать этого «Газпром» сможет, только предложив внятную долгосрочную стратегию, более рискованную, но вместе с тем и большую по потенциальной отдаче, чем банальное сохранение положительного денежного потока.